все сказки мира

Сказка: Купель Даддельду рассказывает своим детям сказку про красную шапочку

Сказка: Купель Даддельду рассказывает своим детям сказку про красную шапочкуМелюзга если вы пять минут помолчите, я расскажу вам сказку про Красную Шапочку, припомнить бы только сказку-то… Мне эту историю рассказывал старый капитан Мукель-ман, когда я был таким же маленьким и глупым, как вы. Он никогда не врал, капитан Мукельман!

 

Ну, значит, лиссен ту ми! Жила-была девочка. В звании Красной Шапочки. То бишь прозвание у нее такое было. Потому что она ни днем ни ночью не снимала с головы красной шапки. И такая красотка была — белая, как снег, красная, как кровь, и черная, как черное дерево. Глазищи здоровенные, круглые, а со спины поглядеть — задок толстенький, а спереди… Ну, в общем, отменно красивая, ладная, девчонка что надо.

 

И вот однажды посылает ее мать к бабке, та, видишь ли, болела. Обычная история. И дала Красной Шапочке корзину, а в корзине-то… три бутылки испанского красного, бутылка ростокской водки, две бутылки шотландского виски, и еще шведский пунш, и кюммеля бутылочка, и дюжина пива… Ну и пирожок там, горшочек масла, харчи разные, чтобы бабушка, значит, малость подкрепилась.

 

— Красная Шапочка,- наказала мать,- с тропинки не сворачивай, в лесу водятся волки, они дикие!

 

Это все происходило где-то в Сибири, под Николаевом, кажется. Красная Шапочка все обещала и двинулась в поход.

 

Идет она себе, а навстречу ей Волк. Он и спрашивает:

 

— Куда путь держишь, Красная Шапочка?

 

Ну, она и рассказала ему все, что вы уже знаете. А он:

 

— Где же твоя бабушка живет?

 

— Слушайте!

 

А Красная Шапочка и говорит, все точнее хонько:

 

— Швигерштрассе, тринадцать, в полуподвале. Тогда Волк показал девочке вкусную ягоду малину да землянику и заманил ее с тропинки в дремучий лес.

А пока она прилежно собирала ягоды, Волк на всех парах полетел на Швигерштрассе и постучался в полуподвал к Бабушке.

Бабушка эта была стервозная старуха, у которой выпали почти все зубы. Вот она и прошамкала:

 

— Кто там стучит в мою дверь?

 

А Волк отвечает тоненьким голоском:

 

— Это я — Спящая Красавица! Тогда старуха гаркнула:

 

— Входи!!

 

И Волк вихрем ворвался в комнату. А Бабушка надела ночную кофту, нацепила чепец, а потом взяла и сожрала Волка со всеми потрохами.

Меж тем Красная Шапочка заблудилась в лесу. И как все дурехи-девчонки, давай реветь во всю глотку.

 

Услышал ее рев Охотник в дремучем лесу и поспешил на помощь. Да… Ну, нам-то какое дело, чем они там в дремучем лесу занимались, тем более что уже совсем стемнело. В общем, вывел он ее на верный путь.

 

Побежала она, значит, на Швигерштрассе. И там увидела, что Бабушку ужас как раздуло.

 

Красная Шапочка и спрашивает:

 

— Бабушка, Бабушка, почему у тебя такие большие глазки?

 

А Бабушка говорит:

 

— Чтобы лучше видеть тебя, внученька! А Красная Шапочка опять спрашивает:

 

— Бабушка, Бабушка, почему у тебя такие большие уши?

 

А Бабушка говорит:

 

— Чтобы лучше слышать тебя, внученька! И опять Красная Шапочка спрашивает:

 

— Бабушка, Бабушка, а почему у тебя рот до ушей?

 

А уж такие вопросы и вовсе не годится задавать Бабушке.

 

Так вот, старушка рассвирепела, ни слова не сказала, а взяла и слопала бедную Красную Шапочку со всеми потрохами. А после захрапела, что твой кашалот. Тут случайно по улице проходил Охотник.

 

Удивился Охотник, что кашалот живет на Швигерштрассе. Зарядил он ружье, вытащил из ножен длинный нож и, не постучавшись, вошел в дом.

 

И тут он, к своему ужасу, увидел в постели не кашалота, а раздувшуюся Бабушку.

 

Эх, каррамба-скараменто-лопни-мои-паруса! Не сойти мне с этого места! Стрескала ведь и Охотника прожорливая старуха!

 

Ну, чего уставились, чего рты поразевали? Думаете, небось, еще что-то было? Ну-ка, живо, валите отсюда, не то задам трепку! Совсем в глотке пересохло от дурацких баек. Все равно ведь — травля все это и треп.

 

Полный вперед, кому говорят! Дайте наконец спокойно выпить отцу, салажата!

 

Попала в утробу поезда, там села на бутерброд с колбасой, который балансировал на коленях у вагонного эмбриона.

 

Транссибирский экспресс поехал дальше, в Челябинск, в Иркутск. Рядом с бутербродом лежала стеклянная бутылка с кофе, закупоренная пробкой. К краю пробки прилипли две аппетитные сладкие капельки. Однако добраться до них мухе помешали суетливые пальцы господина Пагеля, торговца зерном. Он старался вытащить пробку. Пробка не поддавалась, и тогда он протолкнул ее карандашом и отхлебнул кофе. Увидев, что пробка со вкусными капельками исчезла, муха метнулась за ней в бутылку. Тут ее подхватил водоворот, и она лишилась чувств, а когда пришла в себя, то оказалось, что она плывет. Как когда-то в луже, что была возле цветка одуванчика. Инстинктивно она догадывалась, да и от бабушки кое-что слыхала, об опасностях воды. И была несказанно счастлива, завидев вдали пробковую сушу; достигла ее, выбралась на берег, мигом набросилась на сладкие капельки. И вытиралась при этом задними лапками.

 

Пагель заткнул бутылку бумагой и сунул на багажную полку, немного почитал, потом задремал.

 

На шестой день пути, в Сретенске, в купе вошла стройненькая девушка-казачка. Коммерсант принялся раздумывать, как бы начать с ней разговор, но тут, через шесть дней каких-нибудь, в Хабаровске, девушка сошла с поезда.

 

Ужасные вещи пришлось вынести мухе за эти долгие мушечьи годы, проведенные в бутылке. Землетрясения, тайфуны, шторма, кошмарные водяные смерчи. Вуппи сделала открытие в области естественных наук: уровень бурой лужи вокруг пробкового острова понижался после каждого смерча.

 

Уже не раз пыталась покинуть остров перепуганная муха. Она даже решила начать новую жизнь и стать скромнее. Но, пролетев известное расстояние, непременно ударялась в стену заледеневшего воздуха, сквозь которую можно было все видеть, но нельзя было прорваться. Всякий раз муха думала, что ею был избран неверный путь, но всякий раз убеждалась, что везде ее ждет одно и то же.

 

Не доезжая пятнадцати верст до Владивостока, поезд остановился из-за поломки оси. Коммерсант открыл окно, желая узнать, что случилось. Потом открыл бутылку, желая утолить жажду. Но прежде чихнул. В сей мушиный день Вуппи, подхваченная воздушным потоком, нашла наконец выход и очутилась вдруг на лугу — на лугу своего

детства. Избежав опасности, она сразу же преважно надулась.

 

Странное дело! Цветы стали совсем другими. Сколько же времени, в самом деле… Похоже, что… Вуппи погрузилась в философические раздумья. Гм-гм! М-да… Поразительно! Впрочем, это же совершенно ясно! Но сколько же времени прошло с тех пор? Безуспешно искала Вуппи друзей детства. В конце концов она повстречала старую навозную муху, родом из Дохлого Кролика,- Тоббольда, или как его там,- невежественного пролетария. Но любопытства ради она заговорила с ним:

 

— Ну-с, папаша Тоббольд, что, видно, старость не радость?

 

Старикан не ответил, только выпучил глаза. Судя по всему, он выжил из ума, ибо внешний облик его жутко изменился. Но Вуппи встретились и другие мухи, и все они молчали, словно воды в рот набрав, и все жутко изменились внешне. Вуппи недоумевала — выходит, целое мушиное поколение выжило из ума? Она углубилась в размышления: «Итак, я, Вуппи, поставила научную проблему — может ли целое поколение мух выжить из ума? Поскольку мухи-соплеменницы явно не способны поспевать за смелым полетом моей мысли, то отсюда следует, что я… Ах нет, из гениальной скромности я умолкаю…»

 

Великие мании развивают некоторые положительные способности. На расстоянии в целых двадцать метров от себя Вуппи сумела распознать грозную опасность, известную ей с юных лет, а кроме того, из бабушкиных сказок: лягушку-квакшу. Вуппи не ограничилась тем, что обезопасила свою жизнь, она устроила квакше испытание, желая определить уровень ее умственного развития. Она кружила на высоте вероятно-возможного лягушачьего прыжка, раздражая квакшу издевательским смехом. Та квакала сперва яростно, потом — все тише, все трусливей. В сей достославный час Вуппи довелось пережить смертельный испуг. На расстоянии вытянутого мушиного хоботка мимо промчалась, со свистом рассекая воздух, Ласточка. Вуппи кинулась наутек. Ласточка — за ней. Вуппи села на ветку. Ласточка тоже. Сердце у Вуппи стучало, едва не разрываясь.

 

— Да не съем я вас,- мирно сказала Ласточка.- Наелась уже.- Ласточке хотелось поговорить.- А я недавно вернулась из Африки. Море — знаете, что такое море

Вуппи неуверенно покачала головой.

 

— Вам нечего бояться,- заверила ее добрая Ласточка.- Если вам интересно, я могу поделиться путевыми впечатлениями.

 

— Дайте честное слово не есть меня,- сказала Вуппи осипшим от волнения голосом. Ласточка дала слово.

 

— Мне превосходно известно, что такое море,- вдруг нагло заявила Вуппи.- Вообще за тысячу лет моей жизни мне многое случалось…

 

— Тысячу лет?- поразилась Ласточка.

 

— Вот именно, тысячу. Помнится, кое-где здесь был замерзший воздух, не знаю, впрочем, имеете ли вы сносное представление о ледниковом периоде.

 

Лицо у Ласточки сделалось преглупое. А Вуппи с жужжанием взмахнула крылышками и продолжала витийствовать, обращаясь преимущественно к себе самой, но тем не менее очень громко и отчетливо:

 

— В те времена, еще до бури на море, в те дни, когда я на полном ходу остановила железнодорожный состав…

 

— Ах, расскажите, расскажите, пожалуйста!- попросила Ласточка.

 

— Нет, я не люблю распространяться об этом. Кроме того, мое внимание ныне всецело занимают серьезные философские проблемы… Надеюсь, вам известно, кто я?

— Нет,- призналась Ласточка.

 

— Нет? Ха-ха, это забавно!- Вуппи криво усмехнулась.- Впрочем, ладно. Можете говорить со мной, как с ровней. Так вы, кажется, собирались поделиться какими-то впечатлениями? Что ж, для меня не лишены известного интереса подобные наивные наблюдения, изложенные примитивным языком простонародья.

 

— Но я не смею…- сказала Ласточка.

 

— Те-те-те! Смелей! Выкладывайте ваши охотничьи рассказы!

 

Ласточка принялась рассказывать какую-то длинную немудреную историю. Вуппи скрестила попарно свои шесть ног и отвернулась, будто бы слушая вполуха. На самом деле она и вовсе не слушала, а строила планы побега. Вдруг Ласточка замолчала.

 

— Ну, что же дальше?- спросила Вуппи.

 

— Мне хочется есть,- смущенно сказала Ласточка и покраснела. В тот же миг Вуппи сиганула с ветки и спряталась в траве. Тут-то ее и проглотила квакша. А красная от стыда Ласточка полетела в Африку, где привела в ярость многих твердолобых быков своим красным цветом.

 

Квакшу, обнаружил муху и сказал: «Ай, ай!» Но сказал он это, разумеется, по-английски: «Egg, egg!»\’ Случайно как раз в этот момент Вуппи отложила практически первое в своей жизни яичко. Она уже давно достигла соответствующего возраста. Профессор при виде этой, как ему думалось, реакции на человеческую речь ощутил судорогу восторга. Открытие сделано! Положено, положено практическое доказательство в основу теории. Итак, животные наделены разумом в человеческом понимании. Есть возможность установить контакт: «ученые — насекомые». Уверенность профессора была столь непоколебимо твердой, что очень скоро он получил целый ряд новых блестящих подтверждений своей гипотезы. Понадобилась только пробирка с тонкими стенками. Как раз такую пробирку профессор привез с собой из Канады.

 

Во-первых, в мушином языке имеются пантомимические средства выражения. К примеру, «доброе утро!» по-мышиному будет вовсе не «Good morningb. Поворот правой средней ножки на тридцать градусов кверху означает: «Который час?» Профессор Нипп изучал мушиный с неустанным рвением. Между прочим, в фонетике этого языка отсутствует мужской род.

 

Нипп заключил с мухой контракт. Она обязалась в течение шести месяцев сопровождать профессора в научной поездке по Канаде с лекциями и докладами и своими бойкими ответами и адекватными реакциями наглядно демонстрировать истинность постулатов ученого. Профессор же со своей стороны обязался предоставить мухе на все время поездки подобающее питание и жилищные условия, а также гарантировал то, что выступления мухи будут носить исключительно научный характер и не станут объектом меркантильной эксплуатации. Вуппи подписала контракт по-мушиному, поставив несколько выпуклых точечек.

 

Профессор телеграфировал в Канаду, заказывал аудитории, договаривался о рекламе, нанимал импресарио. Он купил красивую клеточку-мухоловку, положил внутрь швейцарского сыру, земляники и навоза и пригласил туда Вуппи. Затем погрузил муху на корабль и погрузился сам.

 

Морское путешествие проходило великолепно. Настроение у профессора было радостное, приподнятое благодаря некоему научному воодушевлению; он был внимателен и добр ко всему и ко всем. В полдень он спускался в кубрик, угощал команду коньяком и беседовал с моряками. Странные они были парни, несколько, пожалуй, ограниченные, но отнюдь не глупые, а скорей задумчивые, да к тому же и весьма занятные. Они немало повидали на свете, но все равно зачастую разделяли самые нелепые суеверия, а причудливая фантазия водила их самыми необычайными путями.

 

Однажды матрос второго класса Фрицше рассказал профессору про чудовищного исполина Табарца, которого якобы не раз встречал в дальних плаваниях. Профессор усмехнулся, да и сами товарищи Фрицше не принимали его всерьез, потому что он вырос в местечке Фридрихсрода. Разобидевшись, матрос поднялся на палубу. Через какое-то время раздался его громкий крик:

 

— Господин профессор! Господин профессор!

— Что такое?

— Он здесь!

— Кто?

— Исполин! Хотите его увидеть?

 

— Ай, ай!- сказал ученый и поднялся на палубу. Остальные тоже. Море до самого горизонта было спокойно. Нигде не видно было ни суши, ни кораблей. На голубом небе — ни облачка. Матросы смеялись.

 

— Нуте-с, где же прячется ваш мистер Табарц?- спросил добродушно настроенный профессор.

 

— Здесь!- Фрицше повел рукой вокруг.

— Да где же?

— Видите это голубое небо?

— Разумеется, но…

— Так вот, это небо — маленький кусочек пуговицы на ширинке великого Табарца!

 

В эту самую минуту профессора позвал стюард.

 

Дверь профессорской каюты была взломана. Фрицше, не по злому умыслу, а всего лишь из любознательности, открыл мухоловку. А поскольку сыр и земляника в ней были, по его мнению, главным, а муха и навоз — второстепенным, то он и сожрал главное, а на второстепенное плюнул и растер.

Article Global Facebook Twitter Myspace Friendfeed Technorati del.icio.us Digg Google StumbleUpon Eli Pets