все сказки мира

Сказка: Буй-волк и Иван-царевич

Сказка: Буй-волк и Иван-царевичЗа тридевять земель, в тридесятом царстве, в славном могучем государстве жил-был царь. У царя было два сына. Старшего сына звали Фёдор-царевич, младшего звали Иван-царевич. Вскоре царь помер, остался царствовать Фёдор-царевич. Задумал жениться Фёдор-царевич и стал искать себе невесту. Однажды он услышал, что за тридесять земель, за тридесять морей, в тридесятом царстве, в славном девичьем государстве живёт прекрасная Царь-девица. Поехал он её сватать вместе со своим братом Иваном-царевичем. Когда поехали они на кораблях, то приехали они в то царство, в славное девичье государство, высватал себе Фёдор-царевич прекрасную Царь-девицу, и поехали в обратный путь. Когда ехали обратно, на пути повстречались с одним кораблём. Иван-царевич обменялся словами со встречным кораблём, чтобы перейти ему на их корабль. Так перешёл он на чужой корабль. На корабле Иван-царевич увидел молодую девицу неописуемой красы. Стал Иван-царевич сватать её, она сказала ему:

— Я до тех пор замуж не выйду, пока своих родных не увижу.

 

А кто её родные, она этого не говорила. Когда хватился Иван-царевич своего корабля, то его тут не было. Брат со своей женою уехал в своё царство. Иван-царевич хорошо понял, что брат позавидовал половине его надела и захотел перевести на себя.

 

Иван-царевич взял красавицу и попросил капитана корабля перевезти на сухой берег. Капитан корабля перевёз их на другой берег. Иван-царевич пошёл со своей молодой красавицей в своё государство. Вдруг она расстилает свой ковёр и велит Ивану-царевичу садиться на ковёр, а Иван-царевич думает, что она хочет отдохнуть. Вдруг она проговорила такое слово:

 

— А ну-ка, ковёр-самолёт, подымайся выше леса стоячего, ниже облака ходячего.

 

Прилетели они в одну минуту в своё государство. Говорит она Ивану-царевичу, чтобы он никому не открывал, что такая-то красавица живёт у него. Иван-царевич привёл свою тайну в свою спальню, и никто их не видал. А когда он выходил, то дверь он закрывал на замок, а когда приходил, то всегда брал дверь на крючок. И видит он: у брата старшего Фёдора-царевича с женой дело не ладится: она всегда его бранила, ругала и впоследне даже поколачивать стала. Так что Ивану-царевичу стало жалко брата Фёдора-царевича.

Однажды Царь-девица говорит Фёдору-царевичу:

 

— Если ты мне не достанешь вепря-кабана, который носом роет, хвостом боронит, а взади хлеб растёт, то заточу я тебя в темницу и будешь сидеть веки веков.

 

Фёдор-царевич испугался, стал искать помощи, и он обратился к брату Ивану-царевичу:

 

— Родимый ты мой брат, не поможешь ли ты моему горю? Жена моя в корень меня заела.

— А за что? — спрашивает Иван-царевич. Фёдор-царевич отвечает:

— Жена велит мне достать вепрю-кабана, который носом роет, хвостом боронит, а взади хлеб растёт.

 

Иван-царевич пообещал помочь своему брату и говорит:

 

— Дай мне время, я прежде подумаю, погадаю, а потом тебе скажу.

 

Приходит Иван-царевич в свою спальню и спрашивает у своей дорогой красавицы:

 

— Что мне делать? Брат мой просит о помощи. Злая жена его в корень заедает, велит ему привести вепря-кабана, который носом роет, хвостом боронит, а взади хлеб растёт. Скажи, моя дорогая, есть ли такой кабан?

 

Молодая красавица говорит:

 

— Есть.

— А что ж, можно его достать?

— Вполне возможно, — проговорила красавица.

— Так вот, помоги ты мне его достать. Мне жалко своего брата.

 

Она вынимает из кармана свой платочек и подаёт Ивану-царевичу:

 

— Если только придётся тебе повстречаться с этим кабаном, то махни на него этим платочком, то он смирнее будет телёнка. Куда бы ты ни пошёл, он пойдёт за тобою.

Пошёл Иван-царевич в чистое поле — широкое раздолье. Близко ли, далёко ли, низко ли, высоко ли, скоро сказка сказывается, да дело не скоро делается. День он идёт, другой, на третий день попадается ему вепрь-кабан, носом роет, хвостом боронит, взади хлеб растёт. Когда увидал кабан Ивана-царевича и налетел на него, хотел своими клыками засечь, а Иван-царевич навстречу махнул платочком, и кабан стал смирнее телёнка. Тогда Иван-царевич пошёл передом, а кабан пошёл за ним.

 

Привёл Иван-царевич кабана в своё государство. Когда кабан зашёл за Иваном-царевичем в царский двор, стал он носом рыть, а хвостом боронить, а взади хлеб стал колоситься. Выскакивает Царь-девица и просит Ивана-царевича, чтобы он его выгнал на улицу, а то он взроет весь дом и ходить нельзя будет.

 

Вышел Иван-царевич на улицу, а кабан за ним. Махнул по дороге платочком, и кабан ушёл в чистое поле, широкое раздолье. А после этого Фёдор-царевич стал в согласии жить со своей царицею. Прожили они не так долго. Царь-девица опять взбесилась, потому Фёдор-царевич ей не люб был. Стала она снова бить, кричать на него, и говорит она Фёдору-царевичу:

 

— Если ты мне не достанешь сорокапегую кобылу, на каждой пежине  по сорок жеребцов, на каждого жеребца по сорок кобыл, то я тебя тогда брошу в помойную яму.

 

Фёдор-царевич испугался, опять прибегает к своему брату Ивану-царевичу.

 

— Братец ты мой родимый, избавь меня от этой напасти.

 

Иван-царевич пожалел своего брата:

 

— Погоди, братец, я маленько подумаю.

 

Приходит в свою спальню и говорит своей возлюбленной красавице про жизнь своего брата. Просит Иван-царевич свою красавицу помочь ему выручить брата, чтобы достать сорокапегую кобылицу. Она, не долго думая, вытаскивает уздечко тесьменное и говорит:

 

— Когда ты пойдёшь и увидишь сорокапегую кобылицу, которая налетит на тебя со злобою, а ты махни этой уздечкой на кобылу. Она станет, как вкопанная, подходи тогда, надевай уздечку, садись на неё и поезжай, и побегут за тобой жеребцы и кобылы.

 

Взял Иван-царевич уздечку и пошёл в чистое поле — широкое раздолье. День идёт, другой, а на третий день кобыла бежит, налетела на Ивана-царевича и тут же хотела загрызть его. Он махнул на неё уздечкой тесьменной, и она стала, как вкопанная. Надел Иван-царевич на неё узду, сел на неё и поехал. Все какие только были жеребцы и кобылы побежали за ней. Приехал он в своё государство, заехал во дворец к брату Фёдору-царевичу. Фёдор-царевич со своею Царь-девицею вышел на крыльцо, и жеребцы налетели на них, чуть им головы не оборвали. Они успели заскочить в свои белокаменные палаты. В окно ревёт Царь-девица, чтобы выгнали всех, эта забава ей не по душе. Иван-царевич вывел кобылу на улицу, скинул с неё узду, и кобылица ушла со своим табуном в чистое поле — широкое раздолье. Иван-царевич зашёл в свою спальню, а жена Фёдора-царевича сразу присмирела.

Прошло немного времени, как жена Фёдора-царевича опять начала беспокоить Фёдора-царевича и стращала его лютою смертью, которую пожалуй, никто не придумает.

— А если достанешь от Буй-волка меч-кладенец, тогда тебя помилую от смерти.

 

Фёдор-царевич закручинился, горючими слезами заливается. Увидал он своего брата родимого Ивана-царевича и стал ему кланяться и просить, чтобы ещё помог ему в его горе.

— А какое твоё горе? — спрашивает Иван-царевич.

 

Фёдор-царевич ему и отвечает:

 

— Опять злая жена заела меня, угрожает лютою смертью, да такой, что никто не придумает, и велит она мне достать ей от Буй-волка меч-кладенец.

 

А Иван-царевич отвечает таковое слово:

 

— Так вот, родимый мой брат, я прежде подумаю и погадаю.

 

Удалился Иван-царевич в свою спальню и стал говорить своей дорогой красавице:

 

— Вот что, дорогая красавица, есть ли возможность достать от Буй-волка меч-кладенец? Если есть возможность, то скажи, что есть, а если нет, то лучше я пойду, сложу свою буйну голову.

 

Говорит ему дорогая красавица:

 

— Что ты, что ты, Иван-царевич, лучше я сложу свою голову, чем ты свою, но помогу я тебе достать меч-кладенец. Иди, скажи прежде своему брату Фёдору, чтобы он флот снарядил и чтобы капитан корабля был под твоим приказанием. Пошёл Иван-царевич, доложил своему брату Фёдору-царевичу о снаряжении флота и о послушании Ивану-царевичу капитана корабля. А сам пошёл обратно в свою спальню. Когда зашёл в спальню, то встречает его красавица девица. В руках держит полотенце и подаёт Ивану-царевичу именной перстень.

 

— Когда тебе будет предстоять верная смерть, то ты перед смертью умойся и вытрись этим полотенцем.

 

Поцеловала она Ивана-царевича в сахарные уста, проводила его до дверей, а сама сильно призадумалась.

 

Вышел Иван-царевич из своего государства и пошёл к морю синему. У берега стоял снаряжённый флот. Заходит Иван-царевич на корабль, приказывает капитану корабля плыть на восточную сторону.

 

Плыли они очень долгое время, плыли они год, другой, а на третий год они подъехали к берегу. Берёт Иван-царевич шлюпку и двух матросов, и велел он отвезти себя на берег. Когда его отвезли к берегу, Иван-царевич наказал, чтобы во что бы то ни стало ждать его. Пошёл он к лесу дремучему. Шёл он близко ли, далёко ли, низко ли, высоко ли, скоро сказка сказывается, а дело не скоро делается. Вышел он на чистую поляну, а на поляне стоит белокаменный дворец. Подходит ко дворцу, отпирает ворота и заходит во внутрь дворца. Во дворце сидела старуха, старая-престарая, белая как лунь. Поздоровался он со старухою, она тоже поздоровалась с ним, и стала спрашивать старуха:

 

— Откуда и куда путь держишь?

 

Иван-царевич стал ей откровенно говорить:

 

— Я послан из одного государства и хочу видеть Буй-волка.

 

Она ему и говорит:

 

— Увидеть тебе Буй-волка не на радость, а на горе, он все равно тебя съест. А вот прежде всего нужно смягчить его сердце. Я оберну тебя иголкой и буду шить сидеть, а Буй-волк, когда прилетит, учует твой дух и станет требовать тебя. Я до тех пор не буду показывать тебя, пока не смягчится его сердце.

 

Пока обернула она его иголкой, вдруг Буй-волк упал на крыльцо, аж весь двор ходуном заходил. Заходил он в белокаменную палату и сказал таково слово:

— Фу, фу, фу! Русской кости видом не видано, слыхом не слыхано, а теперь русская кость сама во двор пришла.

 

И говорит старухе:

 

— Давай, я есть её буду. Старуха и говорит ему:

 

— Ты сам по всему свету летал, русского духу нахватался, да и говоришь, что русская кость сама во двор пришла.

 

А Буй-волк походил немного и лёг отдохнуть, и сердце у него улеглось, и он стал просить у матери поесть. В это время она выпустила Ивана-царевича.

— О Иван-царевич, — говорит Буй-волк, — зачем же ты пришёл сюда ко мне?

 

А Иван-царевич отвечает:

 

— Что ты, Буй-волк, не накормил, не напоил да вестей спросил?

 

Тогда мать стала наставлять на стол щи укладны и сухари булатны. Буй-волк просит Ивана-царевича садиться за стол, и стали они кушать.

Иван-царевич только ложку, а Буй-волк две-три хлебнёт и в момент, что было и что не было, всё съел. Стали они беседовать. Буй-волк и говорит Ивану-царевичу:

— Всё же, Иван-царевич, я должен тебя съесть, потому что у меня здесь предел такой.

 

А Иван-царевич ему и говорит:

 

— Всё же ты не должен меня есть, а вот давай играть в карты. Если ты меня обыграешь, то тогда съесть можешь, а если не обыграешь, то не можешь съесть меня.

Начал за столом Буй-волк карты тасовать и говорит:

 

— Давай сделаем договор, чтобы в карты играть и не дремать, а кто задремлет, тот проиграет.

 

Сели, начали играть. Играют месяц, другой, а в третий месяц Иван-царевич задремал, а Буй-волк говорит:

 

— Что ты, Иван-царевич, дремлешь?

— Нет не дремлю.

— А что ты поник головою?

— А я это думушку думал.

— А что же ты задумал, Иван-царевич?

— Задумал: стоячего леса боле или лежачего? Тогда Буй-волк и говорит:

— А кто же может знать, стоячего боле или лежачего?

 

Царевич и говорит:

 

— Ты, Буй-волк, здорово летаешь, полетай, посмотри, а я за тебя буду карты тасовать.

 

Буй-волк живо свернулся, встал, встряхнулся и полетел, а Иван-царевич прилёг на диван спать. Буй-волк летит месяц, другой, на третий месяц прилетел Буй-волк, а Иван-царевич до него успел выспаться, сидит и карты тасует. Когда вступил в палаты Буй-волк, Иван-царевич спрашивает его:

 

— Ну как, узнал, какого леса боле, лежачего или стоячего?

 

— Да, лежачего лесу боле, — ответил Буй-волк. Мать им опять наставила щи укладны, сухари булатны. Стали есть они. Иван-царевич ложку, а Буй-волк две-три, и все щи съел Буй-волк, а Иван-царевич остался голодным. Опять начали играть в карты. Играют они месяц, играют другой, играют они третий. Иван-царевич опять задремал, Буй-волк говорит:

— Что ты дремлешь?

— Думу думаю, — отвечает Иван-царевич.

— А какую думу думаешь?

— Я думаю: женского полу боле или мужского?

— А кто может знать это? — говорит Буй-волк.

— Вы здорово летаете, вы и слетайте.

 

Буй-волк свернулся, встал, встряхнулся и полетел. А Иван-царевич после него лёг спать. Латал он месяц, летал другой, а на третий месяц прилетел обратно, а Иван-царевич тасует карты. Прилетает Буй-волк, заходит в палаты. Иван-царевич спрашивает его:

 

— Ну как, узнал, мужского пола боле или женского?

— Да, узнал — женского больше.

 

Мать опять наставила на стол сухари булатны, щи укладны. Сели за стол и стали есть. Иван-царевич ложку, а Буй-волк две да три. Все щи съел Буй-волк, а Иван-царевич остался голодным. Сели они опять играть. Играют месяц, играют другой, на третий месяц Иван-царевич задремал сильно и, наконец, уснул. Буй-волк ткнул его под бок:

 

— Что ты спишь?

 

Иван-царевич стал извиняться, что уснул.

 

— Можешь теперь меня есть, только дай мне перед смертью последний раз умыться.

 

Буй-волк показал ему на умывальник, а когда подошёл он к умывальнику, скинул самоцветное кольцо своей дорогой красавицы и давай мыться. Когда умылся, вынул полотенце, стал он утираться, и в это время Буй-волк заметил это полотенце и подскочил к нему:

 

— Где ты взял это полотенце?

— Так это собственное моё.

— Да как же собственное твоё, когда это полотенце моей родной сестры?

 

А когда Буй-волк взглянул на кольцо, то почти совсем на месте он замер. Это.кольцо было Буй-волка, он спросил:

 

— Где моя сестра?

 

А Иван-царевич сказал:

 

— Мы с ней поручились друг друга навечно любить.

Тут Буй-волк схватил его в свои объятья, стал обнимать и целовать.

— Значит, по сестре ты мне выходишь родимый зять.

 

А когда пошёл Буй-волк и сказал своей матери о своей сестре, её дочери, что это родимый наш зять, то старуха сразу помолодела, как тридцатилетняя. Буй-волк подошёл к столику дубовому, постукал о столик своим показательным пальцем, вдруг ниоткуда взялись разные яства, напитки и наедки, заморские варенья и сласти для прохлаждения. Посадили Ивана-царевича за стол, стали пить, гулять и веселиться. И вот тут сказал Иван-царевич своему родному шурину, что приехал он от брата по его меч-кладенец, потому братова жена требовала, что хотела. \»Вот я и приехал\».

 

Буй-волк живо собрался, об землю ударился, и Буй-волком представился, и дал свой меч-кладенец Ивану-царевичу, и велел садиться на себя, то есть на Буй-волка:

 

— Садись да крепче за шерсть держись.

 

Полетел Буй-волк пыльчее вихря-урагана, как калёная стрела с туго спущенного лука.

 

Поднялся выше леса стоячего и ниже облака ходячего. Догнали они тот флот, на котором Иван-царевич приехал. Флот, не дождавшись Ивана-царевича, отчалил домой. Вдруг Буй-волк упал на корабль, так что весь флот задрожал. Все думали, что получилась какая-то катастрофа, а вместо катастрофы оказался Иван-царевич и Буй-волк. Капитан корабля стал извиняться, что он не дождался Ивана-царевича. Иван-царевич простил капитану.

 

Приехали в царство Фёдора-царевича, и тайно Буй-волк и Иван-царевич пришли в спальню Ивана-царевича, а сестра увидала своего брата Буй-волка, от радости даже заплакала. Садятся все трое за стол и начинают беседу. Иван-царевич стал расспрашивать про своего родного брата Фёдора-царевича, как он поживает. Красавица девица говорит, что Фёдор-царевич теперь свиней пасёт. Царь-девица загнала его прямо в доску.

 

Назавтра, утром рано, Буй-волк и Иван-царевич ушли в поле, где Фёдор-царевич свиней пасёт. Фёдор-царевич ходит босой, весь оборванный, кнутом погоняет свиней, а когда он увидел Ивана-царевича, то он даже своим глазам не верил, а когда подошёл и поцеловал своего любимого брата, тогда только поверил Фёдор-царевич своим глазам я стал рассказывать про своё житье-бытье, как он таскается со своими свиньями по полю.

 

Буй-волк об землю ударился, и Фёдором-царевичем представился, и взял кнут, и пошёл со свиньями. Когда пригнал он свиней во дворец, то Царь-девица вылетела с нагайкой и хотела она его стегнуть, а Буй-волк взял её за шиворот, и пригнул её к своим ногам, и давай этим кнутом охаживать её; до тех пор дул, едва живую оставил. Дала она клятву Фёдору-царевичу почитать и любить его всю жизнь. Буй-волк затребовал от неё царское одеяние, и когда он оделся в царское одеяние, то пошёл к брату Иван-царевичу, как будто бы Фёдор-царевич. А Фёдор-царевич сидел в спальне у Ивана-царевича. Приходит и говорит Буй-волк Фёдору-царевичу:

 

— Живи и действуй, имей старшинство над своей женою.

 

Распрощались все они, и Фёдор-царевич ушёл в свои палаты. Сами вышли во двор. Расстелила прекрасная девица ковёр-самолет, сели все трое на него и полетели в Буй-волково царство. Учинили хороший пир. Пир был задан на весь мир. Я там был, мёд-пиво пил и огурцами закусил.

Article Global Facebook Twitter Myspace Friendfeed Technorati del.icio.us Digg Google StumbleUpon Eli Pets