все сказки мира

Сказка: по щучьему веленью

Сказка: по щучьему веленью Жил-был старик. У него было три сына: двое умных, третий — дурачок Емеля.

 

Те братья работают, а Емеля целый день лежит на печке, знать ничего не хочет.

 

Один раз братья уехали на базар, а бабы, невестки, давай посылать его: — Сходи, Емеля, за водой.

А он им с печки:

 

— Неохота…

— Сходи, Емеля, а то братья с базара воротятся, гостинцев тебе не привезут.

— Ну ладно.

 

Слез Емеля с печки, обулся, оделся, взял ведра да топор и пошел на речку.

 

Прорубил лед, зачерпнул ведра и поставил их, а сам глядит в прорубь. И увидел Емеля в проруби щуку. Изловчился и ухватил щуку в руку:

 

— Вот уха будет сладка!

 

Вдруг щука говорит ему человечьим голосом:

 

— Емеля, отпусти меня в воду, я тебе пригожусь. А Емеля смеется:

— На что ты мне пригодишься? Нет, понесу тебя домой, велю невесткам уху сварить. Будет уха сладка.

 

Щука взмолилась опять:

 

— Емеля, Емеля, отпусти меня в воду, я тебе сделаю все, что ни пожелаешь.

— Ладно, только покажи сначала, что не обманываешь меня, тогда отпущу.

 

Щука его спрашивает:

 

— Емеля, Емеля, скажи — чего ты сейчас хочешь?

— Хочу, чтобы ведра сами пошли домой и вода бы не расплескалась…

 

Щука ему говорит:

 

— Запомни мои слова: когда что тебе захочется — скажи только:

— По щучьему веленью, По моему хотенью.

 

Емеля и говорит:

 

— По щучьему веленью, По моему хотенью — ступайте, ведра, сами домой…

 

Только сказал — и ведра сами и пошли в гору. Емеля пустил щуку в прорубь, а сам пошел за ведрами.

 

Идут ведра по деревне, народ дивится, а Емеля идет сзади, посмеивается… Зашли ведра в избу и сами стали на лавку, а Емеля полез на печь.

Прошло много ли, мало ли времени — невестки говорят ему:

 

— Емеля, что ты лежишь? Пошел бы дров нарубил.

— Неохота…

— Не нарубишь дров, братья с базара воротятся, гостинцев тебе не привезут.

 

Емеле неохота слезать с печи. Вспомнил он про щуку и потихоньку говорит:

 

— По щучьему веленью, По моему хотенью -поди, топор, наколи дров, а дрова — сами в избу ступайте и в печь кладитесь…

 

Топор выскочил из-под лавки — и на двор, и давай дрова колоть, а дрова сами в избу идут и в печь лезут.

Много ли, мало ли времени прошло — невестки опять говорят:

 

— Емеля, дров у нас больше нет. Съезди в лес, наруби.

 

А он им с печки:

 

— Да вы-то на что?

— Как мы на что?.. Разве наше дело в лес за дровами ездить?

— Мне неохота…

— Ну, не будет тебе подарков.

 

Делать нечего. Слез Емеля с печи, обулся, оделся. Взял веревку и топор, вышел на двор и сел в сани:

 

— Бабы, отворяйте ворота! Невестки ему говорят:

— Что ж ты, дурень, сел в сани, а лошадь не запряг?

— Не надо мне лошади.

 

Невестки отворили ворота, а Емеля говорит потихоньку:

 

— По щучьему веленью, По моему хотенью — ступайте, сани, в лес…

 

Сани сами и поехали в ворота, да так быстро — на лошади не догнать.

 

А в лес-то пришлось ехать через город, и тут он много народу помял, подавил. Народ кричит: «Держи его! Лови его!» А он знай сани погоняет. Приехал в лес:

— По щучьему веленью, По моему хотенью — топор, наруби дровишек посуше, а вы, дровишки, сами валитесь в сани, сами вяжитесь…

 

Топор начал рубить, колоть сухие дрова, а дровишки сами в сани валятся и веревкой вяжутся. Потом Емеля велел топору вырубить себе дубинку — такую, чтобы насилу поднять. Сел на воз:

 

— По щучьему веленью, По моему хотенью — поезжайте, сани, домой…

 

Сани помчались домой. Опять проезжает Емеля по тому городу, где давеча помял, подавил много народу, а там его уж дожидаются. Ухватили Емелю и тащат с возу, ругают и бьют.

 

Видит он, что плохо дело, и потихоньку:

 

— По щучьему веленью, По моему хотенью — ну-ка, дубинка, обломай им бока…

 

Дубинка выскочила — и давай колотить. Народ кинулся прочь, а Емеля приехал домой и залез на печь.

 

Долго ли, коротко ли — услышал царь об Емели-ных проделках и посылает за ним офицера: его найти и привезти во дворец.

Приезжает офицер в ту деревню, входит в ту избу, где Емеля живет, и спрашивает:

 

— Ты — дурак Емеля? А он с печки:

— А тебе на что?

— Одевайся скорее, я повезу тебя к царю.

— А мне неохота…

 

Рассердился офицер и ударил его по щеке. А Емеля говорит потихоньку:

 

— По щучьему веленью, По моему хотенью — дубинка, обломай ему бока…

Дубинка выскочила — и давай колотить офицера, насилу он ноги унес.

Царь удивился, что его офицер не мог справиться с Емелей, и посылает своего самого набольшего вельможу:

 

— Привези ко мне во дворец дурака Емелю, а то голову с плеч сниму.

 

Накупил набольший вельможа изюму, черносливу, пряников, приехал в ту деревню, вошел в ту избу и стал спрашивать у невесток, что любит Емеля.

— Наш Емеля любит, когда его ласково попросят да красный кафтан посулят,- тогда он все сделает, что ни попросишь.

 

Набольший вельможа дал Емеле изюму, черносливу, пряников и говорит:

 

— Емеля, Емеля, что ты лежишь на печи? Поедем к царю.

— Мне и тут тепло…

— Емеля, Емеля, у царя тебя будут хорошо кормить-поить,- пожалуйста, поедем.

— А мне неохота…

— Емеля, Емеля, царь тебе красный кафтан подарит, шапку и сапоги.

 

Емеля подумал-подумал:

 

— Ну ладно, ступай ты вперед, а я за тобой вслед буду- Уехал вельможа, а Емеля полежал еще и говорит:

 

— По щучьему веленью, По моему хотенью — ну-ка, печь, поезжай к царю…

 

Тут в избе углы затрещали, крыша зашаталась, стена вылетела, и печь сама пошла по улице, по дороге, прямо к царю.

Царь глядит в окно, дивится:

 

— Это что за чудо? Набольший вельможа ему отвечает:

— А это Емеля на печи к тебе едет. Вышел царь на крыльцо:

— Что-то, Емеля, на тебя много жалоб! Ты много народу подавил.

— А зачем они под сани лезли?

 

В это время в окно на него глядела царская дочь — Марья-царевна. Емеля увидал ее в окошке и говорит потихоньку:

 

— По щучьему веленью, По моему хотенью — пускай царская дочь меня полюбит… И сказал еще:

 

— Ступай, печь, домой…

 

Печь повернулась и пошла домой, зашла в избу и стала на прежнее место. Емеля опять лежит-полеживает.

 

А у царя во дворце крик да слезы. Марья-царевна по Емеле скучает, не может жить без него, просит отца, чтобы выдал он ее за Емелю замуж. Тут царь заведовал, затужил и говорит опять набольшему вельможе:

 

— Ступай приведи ко мне Емелю живого или мертвого, а то голову с плеч сниму.

 

Накупил набольший вельможа вин сладких да разных закусок, поехал в ту деревню, вошел в ту избу и начал Емелю потчевать.

 

Емеля напился, наелся, захмелел и лег спать. А вельможа положил его в повозку и повез к царю.

 

Царь тотчас велел прикатить большую бочку с железными обручами. В нее посадили Емелю и Марью-царевну, засмолили и бочку в море бросили.

Долго ли, коротко ли — проснулся Емеля; видит — темно, тесно:

 

— Где же это я? А ему отвечают:

— Скучно и тошно, Емелюшка! Нас в бочку засмолили, бросили в синее море.

— А ты кто?

— Я — Марья-царевна. Емеля говорит:

— По щучьему веленью, По моему хотенью — ветры буйные, выкатите бочку на сухой берег, на желтый песок…

 

Ветры буйные подули. Море взволновалось, бочку выкинуло на сухой берег, на желтый песок. Емеля и Марья-царевна вышли из нее.

 

— Емелюшка, где же мы будем жить? Построй какую ни на есть избушку.

— А мне неохота…

 

Тут она стала его еще пуще просить, он и говорит:

 

— По щучьему веленью, По моему хотенью — выстройся каменный дворец с золотой крышей…

 

Только он сказал — появился каменный дворец с золотой крышей. Кругом — зеленый сад: цветы цветут и птицы поют.

Марья-царевна с Емелей вошли во дворец, сели у окошечка.

 

— Емелюшка, а нельзя тебе красавчиком стать? Тут Емеля недолго думал:

— По щучьему веленью, По моему хотенью — стать мне добрым молодцем, писаным красавцем…

 

И стал Емеля таким, что ни в сказке сказать, ни пером описать.

А в ту пору царь ехал на охоту и видит — стоит дворец, где раньше ничего не было.

 

— Это что за невежа без моего дозволения на моей земле дворец поставил?

 

И послал узнать-спросить: «Кто такие?» Послы побежали, стали под окошком, спрашивают.

 

Емеля им отвечает:

 

— Просите царя ко мне в гости, я сам ему скажу. Царь приехал к нему в гости. Емеля его встречает, ведет во дворец, сажает за стол. Начинают они пировать. Царь ест, пьет и не надивится:

 

— Кто же ты такой, добрый молодец?

— А помнишь дурачка Емелю — как приезжал к тебе на печи, а ты велел его со своей дочерью в бочку засмолить, в море бросить? Я — тот самый Емеля. Захочу — все твое царство пожгу и разорю.

 

Царь сильно испугался, стал прощенья просить:

 

— Женись на моей дочери, Емелюшка, бери мое царство, только не губи меня!

 

Тут устроили пир на весь мир. Емеля женился на Марье-царевне и стал править царством.

Тут и сказке конец, а кто слушал — молодец.

 

пустил его на все четыре стороны.

 

Вот получил солдат отставку и пошел с товарищами прощаться, а товарищи и говорят ему:

 

— Неужели на простинах не поднесешь, а прежде ведь мы хорошо жили?

 

Вот солдат и начал подносить своим товарищам; подносил-подносил — глядь, а денег-то осталось у него только пять пятаков.

 

Вот идет наш солдат. Близко ли, далеко ли, видит: стоит в сторонке кабачок; зашел солдат в кабачок, на копейку выпил, на грош закусил и пошел далее. Прошел немного, встретилась ему старуха и стала милостыню просить; солдат и подал ей пятак. Прошел опять немного, смотрит, а та же старуха опять идет навстречу и просит милостыню; солдат подал другой пятак, а сам дивуется: как это старуха опять очутилась впереди? Смотрит, а старуха опять впереди и просит милостыню; солдат и третий пятак подал.

Прошел опять с версту. Смотрит, а старуха опять впереди и просит милостыню. Разозлился солдат, не стерпело ретивое, выдернул тесак да и хотел было раскроить ей голову, и только лишь замахнулся, старуха бросила к его ногам котомку и скрылась. Взял солдат котомку, посмотрел-посмотрел да и говорит:

 

— Куда мне с этой дрянью? У меня и своей довольно!

 

И хотел было уж бросить — вдруг, откуда ни возьмись, явились перед ним, как из земли, два молодца и говорят ему:

Article Global Facebook Twitter Myspace Friendfeed Technorati del.icio.us Digg Google StumbleUpon Eli Pets