все сказки мира

Сказка: Иван — коровий сын

 

Иван - коровий сынВ некотором царстве, в некотором государстве жил царь с царицей, и не было у них детей. Раз приходит к ним бабушка-задворенка.

— Пустите, — учит, — невод в море, вы-ловится рыбка — золотое перо. Сварите ее в семи водах, пусть царица съест, тогда и понесет.
Царь велел сплести невод, пустить его в море, выловить рыбку — золотое перо. Рыбаки опустили невод в синее море — в первый раз ничего не попалось; опустили в другой раз — опять ничего не попалось; опустили в третий раз и выловили рыбку — золотое перо.

Принесли ее к царю. Он наградил рыбаков и приказал рыбку отнести поварам, сварить в семи водах и подать царице. Повара рыбку вычистили, вымыли, сварили, а помои на двор выплеснули. Проходила мимо корова, помои полизала. Девка-чернавка положила рыбку на блюдо — отнести царице — да дорогой оторвала золотое перышко и попробовала. А царица саму рыбку съела.

И все три понесли в один день, в один час: корова, девка-чернавка и царица. И разрешились они в одно время тремя сыновьями: у царицы родился Иван-царевич, у девки-чернавки Иван — девкин сын, и корова родила мальчика, назвали его Иван — коровий сын.

Ребята уродились в одно лицо, голос в голос, волос в волос. Растут они, как тесто на опаре поднимается. Вот уж им годков по десять. Стали они с ребятами гулять, шутить шутки нехорошие: какого парня возьмут за руку — рука прочь, возьмут за ногу — нрга прочь. Добрый народ стал на них царю жаловаться. Вот Иван — коровий сын и говорит братьям:

— Чем нам у батюшки-царя жить, народ смущать, поедем лучше в чужие края.

Иван-царевич, Иван — девкин сын и Иван — коровий сын пришли к царю и просят, чтобы велел он сковать им три железные палицы и дал бы им благословение — ехать в чужие края, искать себе поединщиков.

Царь приказал сковать три железные палицы. Кузнецы неделю ковали, сделали три палицы — никто их за один конец приподнять не может, а братья их между пальцами поворачивают, словно перо гусиное. Вышли братья на широкий двор.

— Ну, братья, — говорит Иван-царевич, — давайте силу пробовать. Кто выше палицу забросит, тот и больший брат.

— Ладно, бросай ты первый.

Иван-царевич бросил, улетела палица высоко, едва видать, через час только назад упала. После него бросил Иван — девкин сын, улетела палица еще выше, совсем не видать, через два часа назад упала. А Иван — коровий сын стал бросать палицу, улетела она за облако, назад упала через три часа.

— Ну, Иван — коровий сын, быть тебе большим братом.

Оседлали братья коней, попросили у царя-батюшки благословение и поехали в чистое поле — куда глаза глядят.Ехали они по горам, по долам, по зеленым лугам, долго ли, коротко ли, подъезжают они к реке Смородине. Через реку стоит калиновый мост, по берегам кости человеческие валяются.

Увидали братья избушку, стоит она пустехонька, решили они тут остановиться. Коней расседлали, сами поели, попили. День к ночи клонится, говорит Иван — коровий сын братьям:

— Давайте каждую ночь поочередно ходить в дозор, не будет ли кто проезжать по этому мосту.

Бросили они жребий: в первую ночь досталось идти в дозор Ивану-царевичу, во вторую — Ивану — девкину сыну, в третью Ивану — коровьему сыну.

Иван-царевич обулся, оделся и пошел в дозор на калиновый мост. Походил он, походил да и заснул. А Ивану — коровьему сыну в избушке не спится, в головах подушечка вертится. Взял он палицу и пошел на мост. Видит — Иван-царевич спит. Снес его Иван — коровий сын под мост, а сам стал караулить.

Вдруг на реке воды взволновались, на дубах орлы раскричались, мост загудел — выезжает чудо-юдо змей шестиглавый; под ним конь споткнулся, черный ворон на плече встрепенулся, позади пес ощетинился.

Говорит им чудо-юдо:

— Что ты, волчья сыть, спотыкаешься? Ты, воронье перо, трепещешься? А ты, песья шерсть, ощетинилась? Слышите друга аль недруга?

— Слышим недруга, — отвечают слуги верные.

— Врешь! Нет мне во всем свете недруга, есть один только Иван — коровий сын. Так его костей сюда и ворон не занашивал, не только ему самому быть.

Тут Иван — коровий сын из-под моста выскочил:

— Я здесь!

Чудо-юдо его спрашивает:

— Зачем приехал, Иван — коровий сын? Сватать моих сестер али дочерей?

— Ох ты, чудо-юдо змей шестиглавый, в поле съезжаться — родней не считаться!

Вот сошлись они, жестоко ударились. Иван — коровий сын с одного размаху снес чуду-юду три головы. Как сошлись они снова, чудо-юдо ударил и вогнал Ивана —
коровьего сына по колена в сырую землю, а Иван — коровий сын ударил, снес ему остальные три головы. Сложил шесть голов под калиновый мост, а сам вернулся в избушку и лег спать.

Поутру возвращается Иван-царевич.

— Что, брат, не видал ли: кто ходил, кто ездил по калиновому мосту? — спрашивают братья.

— Никто, братцы, не ходил, не ездил.

На другую ночь пошел в дозор Иван — девкин сын. Походил, походил, забрался в кусты и заснул. А Ивану — коровьему сыну не спится, в головах подушечка вертится. Как пошло время за полночь, он взял палицу, вышел и стал под калиновый мост.

Вдруг на реке воды взволновались, на дубах орлы раскричались, мост загудел — выезжает чудо-юдо змеи девятиглавыи. У коня дым из ушей валит, из ноздрей пламя пышет.
Тут конь под ним споткнулся, черный ворон на плече встрепенулся, позади пес ощетинился.

— Что ты, волчья сыть, спотыкаешься? Ты,воронье перо, трепещешься? А ты, песья шерсть, ощетинилась? Слышите друга алъ недруга?

— Слышим недруга. Не Иван ли здесь — коровий сын?

— Его костей сюда и ворон не занашивал, не только ему самому быть.

Тут Иван — коровий сын выскочил из-под моста:

— Врешь ты! Я здесь.

Чудо-юдо говорит ему:

— Зачем приехал? Сватать моих сестер али дочерей?

— Ох ты, чудо-юдо девятиглавое, в поле съезжаться — родней не считаться!

Вот сошлись они, жестоко ударились, кругом земля застонала. Иван — коровий сын размахнулся палицей — три головы чуду-юду снес, в другой раз размахнулся — еще три головы снес. А чудо-юдо ударил — по пояс вогнал его в сырую землю.

Иван — коровий сын захватил земли горсть и бросил ему в очи. Пока чудо-юдо протирал глазища, Иван — коровий сын сбил ему остальные головы. Сложил он девять голов под калиновый мост и пошел в избушку спать.

Наутро возвращается Иван — девкин сын.

— Что, брат, не видал ли: кто ходил, кто ездил по калиновому мосту?

— Нет, братцы, никто не ходил, не ездил.

Тогда Иван — коровий сын повел братьев под калиновый мост, показал змеевы головы и давай их стыдить:
— Эх вы, богатыри! Где вам воевать — вам дома на печи лежать!

На третью ночь собирается Иван — коровий сын идти в дозор. Воткнул он нож в стену, повесил на него белое полотенце, а под ним на полу миску поставил.
— Я на страшный бой иду. А вы, братья, не спите, посматривайте, как будет с полотенца кровь течь: если половина миски набежит — ладно дело, если полная миска набежит ;— все ничего, а если через край польется — тогда спешите мне на помощь.

Вот стоит Иван — коровий сын под калиновым мостом. Как пошло время за полночь, на реке воды взволновались, на дубах орлы раскричались, мост загудел — выезжает чудо-юдо змеи двенадцатиглавыи. У коня его дым из ушей валит, из ноздрей пламя пышет.

Вдруг конь под ним споткнулся, на плече ворон встрепенулся, позади пес ощетинился.

— Что ты, волчья сыть, спотыкаешься? Ты, воронье перо, трепещешься? А ты, песья шерсть, ощетинилась? Слышите друга адь недруга?

— Слышим недруга: здесь Иван — коровий сын.

— Врешь! Его костей сюда и ворон не занашивал.

— Ах ты, чудо-юдо двенадцатиглавое! — отозвался Иван — коровий сын и из-под моста выскочил. — Ворон моих костей не занашивал, я сам здесь погуливаю.

— Зачем пришел?

— Пришел на тебя, нечистая сила, поглядеть, твоей крепости испробовать.

— Так это ты моих братьев убил? И меня думаешь победить? Я дуну только — от тебя и праху не останется.

— Я пришел с тобой не сказки сказывать, а насмерть биться!

Размахнулся Иван — коровий сын палицей, сбил чуду-юду три головы. Чудо-юдо подхватил эти головы, чиркнул по ним огненным пальцем — головы и приросли, да в свой черед ударил Ивана — коровьего сына и вбил его по колена в сырую землю.

Снял Иван — коровий сын правую рукавицу и кинул ее в избушку. Рукавица двери-окна вышибла, а братья его спят, ничего не слышат. Сильнее прежнего размахнулся Иван — коровий сын и снес чуду-юду шесть голов. Чудо-юдо подхватил их, чиркнул огненным пальцем — и опять все головы на местах, а ударил в свой черед и вбил Ивана — коровьего сына по пояс в сырую землю.

Тут Иван — коровий сын снял левую рукавицу, кинул в избушку — рукавица крышу снесла, а братья все одно спят. Размахнулся еще сильнее он палицей и сбил чуду-юду девять голов. Чудо-юдо подхватил их, чиркнул огненным пальцем — головы опять приросли, а Ивана — коровьего сына вбил на этот раз по самые плечи в сырую землю.

Снял тут Иван — коровий сын шапку и кинул ее в избушку. От того удара вся избушка развалилась, по бревнам раскатилась. Проснулись братья, глянули — все полотенце в крови, из миски кровь через край льется.

Поспешили они на помощь большему брату. А он тем временем изловчился и отсек чуду-юду огненный палец, а уж вместе с братьями и одолели чудо-юдо змея двенадцатиглавого, посшибали ему головы все до единой.

Поутру оседлали братья коней и поехали в путь-дорогу. Вдруг Иван — коровий сын говорит:

— Стойте, братья, рукавицы я забыл! Вы поезжайте шажком, я вас скоро догоню.

Отстал он от них, пустил коня в зеленые луга, сам воробушком обернулся и полетел через калиновый мост к чудо-юдовым палатам, сел у открытого окошка и слушает. А в тех палатах сидела старая змеиха и три ее снохи, чудо-юдовы жены, и говорили они между собой, как бы им злодея Ивана — коровьего сына с братьями погубить.

— Я на них напущу голод, — говорит младшая сноха, — сама обернусь яблоней. Как съедят они по яблочку — их на части разорвет.

— А я напущу на них жажду, — говорит средняя сноха, — сама обернусь колодцем, пусть попробуют моей водицы выпить.

— Ну а я напущу на них сон, — говорит старшая сноха, — сама обернусь мягкой постелью. Кто на меня ляжет — огнем сгорит.

А старая змеиха, чудо-юдова мать, говорит:

— Хорошо вы придумали. Ну а коли у вас не выйдет их погубить, я сама всех троих съем.

Тут Иван — коровий сын полетел назад в зеленые луга, нашел коня, стал по-прежнему добрым молодцем и догнал братьев. Вот едут они дальше путем-дорогой, да стал их голод мучить. Глядь — у дороги яблоня с наливными яблочками. Пустились было братья яблоки рвать, а Иван — коровий сын вперед их заскакал и давай рубить яблоню, из нее только кровь брызжет.

— Видите, братья, какая это яблоня!

Едут они дальше по степям, по лугам, а день все жарче. Стала их жажда мучить. Вдруг видят — колодец, холодный ключ. Младшие братья кинулись к нему, а Иван — коровий сын вперед их соскочил с коня и давай этот колодец рубить, только кровь брызжет.

— Видите, братья, какой это колодец!

Тут и жара спала, и пить не хочется. Поехали они дальше. Настигает их в дороге темная ночь, стал сон одолевать. Видят — избенка, а в избенке — тесовая кровать, пуховая постель. Выскочил Иван — коровий сын вперед братьев и давай рубить кровать, только кровь брызжет.

— Видели, братья, какая это постель!

Вмиг у них и сон прошел. Поехали они дальше, вдруг слышат — за ними погоня: летит старая змеиха. Бросил Иван — коровий сын ей в пасть три пуда соли. Змеиха съела, пить захотела и побежала к синему морю.

Покуда она пила, братья далеко уехали, а змеиха напилась и опять кинулась за ними. Наезжают братья в лесу на кузницу.

— Кузнецы, скуйте двенадцать прутьев железных да накалите клещи докрасна. Прибег жит змеиха и скажет: «Отдайте виноватого».
А вы ей говорите: «Пролижи языком двенадцать железных дверей да бери сама».

Тут прибегает старая змеиха и кричит:

— Кузнецы, кузнецы, отдайте виноватого!

Кузнецы ей ответили, как научил их Иван — коровий сын. Пролизала змеиха все двенадцать железных дверей и только язык просунула, Иван — коровий сын ухватил ее калеными щипцами за язык, а братья стали бить ее железными прутьями. Убили они змеиху, сожгли и пепел по ветру развеяли. И поехали Иван — коровий сын, Иван — девкин сын и Иван-царевич домой. Стали жить да поживать, гулять да пировать.

Website Pin Facebook Twitter Myspace Friendfeed Technorati del.icio.us Digg Google StumbleUpon Premium Responsive